А эти ведут себя совсем по-другому. Нет страха в их глазах. Ни от вида оружия, ни от перспективы оказаться через несколько минут на милицейских нарах. Нет и досады, что нарвались на неприятности. Только недоумение, да нарастающая ярость.

— Так в чем дело? — ствол Стечкина немного отошел назад, освободив злобно ощерившийся рот для ответа.

— Ну, все, свинья, ты покойник! Но ты не просто умрешь. Мы тебя сегодня же найдем! Я эту суку на твоем трупе оттрахаю, ты меня понял, свинья! И всю твою семью вырежем…свинья! — похоже, от злости у парня перемкнуло фантазию и он стал повторяться. И, что интересно, акцент почти исчез!

— Грубый ты какой! — с сожалением констатировал Игорь, — и глупый. Где же ты меня найдешь, если я в вашем городе проездом, случайно? Вот сейчас прострелю твой поганый язык, и что дальше? Ты думаешь, я твоему корешу визитку оставлю? Или менты меня будут искать, стараться? — Веселое бешенство играло в нем шалыми пузырьками, и он внаглую блефовал, сбивая с толку этих дерзких ублюдков.

Вот тут-то в глазах старшего и ворохнулось беспокойство. Аллах знает этого придурка с пистолетом, что он за тип? Откуда взялся? А вдруг это — ловушка на живца в юбке, и сейчас действительно загремят выстрелы. Но слишком уж долго он разговаривает на глазах у свидетелей. Киллер стал бы стрелять сразу, как остановились. Но и на местного мента не похож. Те бы не стали нарываться на проблемы из-за пустяка. Ведь не хватали же они эту девку, в машину не тащили. Лучше всего сейчас — разрядить ситуацию, уехать с миром. А потом, не торопясь, разобраться и с этим происшествием и с этим непонятным бойцом.