Возле дежурного Игорь на минутку тормознулся — узнать, где находится названный ему кабинет. В находкинском отделе свято соблюдалась старая милицейская традиция: запутывать нумерацию служебных помещений до полного абсурда.
Дежурный, лениво откинувшись в высоком крутящемся кресле с ободранными дерматиновыми подлокотниками, разговаривал по рации. Игорь попытался было привлечь его внимание, но тот нетерпеливо махнул рукой — подожди, мол. От нечего делать, гость стал прислушиваться: интересно все же, чем живет славный дальневосточный город Находка, как тут народ чудит. А народ и в самом деле чудил. Причем, содержание разговора дежурного с невидимым собеседником настолько контрастировало с его безмятежной позой, что у Игоря снова появилось желание залезть рукой «в потылыцю» и на русско-украинском говоре своих предков — казаков-переселенцев спросить: «Чи вы тут посказились, чи шо?…»
— Так где, ты говоришь, стреляют?
— На Куликовом поле.
— Из чего стреляют-то?
— Автоматическое — два-три ствола. И еще какие-то пукалки хлопают. Или охотничье, или обрезы.
— А давно?
— Да минут пятнадцать.
— Как думаешь, кто там?
— Да кто…как обычно. Я видел: спортсмены на двух машинах туда пролетели, своих выручать.
— Ладно, сейчас группу соберем, пусть посмотрят, когда закончится. Ты-то сам не лезь.
— Что я, больной?
— Ладно, отбой
Дежурный отпустил клавишу микрофона стационарной рации, повернулся к помощнику, ворошившему в отдаленном углу за столом какие-то журналы, и повел с ним неспешный разговор: «А куда ты отправил группу… а сколько они там будут… а кто у нас еще есть… а чего это они столько обедают, давно уже должны на маршрут выйти…ну ладно, пусть гаишники сначала глянут, и если есть что интересное, тогда группу придется снимать с этой хаты…»