Я сраэу перешел в нападение:
- Мистер Рипли. Право же, я жду очень долго. Вы ведь просили меня не терять ни минуты!
- Да знаю я, знаю. Только нельзя ж по телефончику поговорить и не взять кружку пива, а? - Он наклонил голову и озарил меня улыбкой из неприступной твердыни своей правоты.
Я открыл было рот, но он меня опередил:
- А потом Дик Хендерсон угостил меня кружечкой, ну и мне пришлось его угостить, и только собрался уйти, как Бобби Толбот возьми и заговори про свинок, которых он купил на той неделе.
- Уж этот мне Бобби Толбот! - живо вмешалась его супруга. - Так, значит, и нынче он там сидит? Прилепился к трактиру, точно муха какая. И как только его хозяйка такое терпит?
- Ну да, и Бобби тоже там сидел. Он ведь оттуда, кажись, и не выходит. - Мистер Рипли задумчиво улыбнулся, выбил трубку о каблук и принялся снова уминать табак в чашечке. - А знаешь, кого еще я там видел? Дэна Томпсона, вот кого! Впервой после его операции. Ну и отощал он! Можно сказать - вдвое. Ему пару-две пива выпить - самое разлюбезное дело.
- Дэн, говоришь? - Миссис Рипли оживилась еще больше. - До чего я рада-то! А говорили, что ему из больницы живым не выйти.
- Извините... - перебил я.
- Да нет, так попусту языками мололи, - продолжал мистер Рипли. - Камень в почке, всего и делов-то. Дэн уже совсем оклемался. Вот он мне, значит, сказал...
Я протестующе поднял ладонь.
- Мистер Рипли, могу ли я осмотреть корову? Я еще не обедал. Когда вы позвонили, жена убрала все в духовку.
- А я вот перво-наперво пообедал, и уж потом туда пошел. Мистер Рипли ободряюще мне улыбнулся, а его супруга закивала со смехом, чтобы окончательно меня успокоить.
- Чудесно! - сказал я ледяным тоном. - Я в восторге.
Но сарказм пропал втуне: они приняли мои слова за чистую монету!
Когда мистер Рипли наконец привязал корову, я приподнял больную ногу, положил к себе на колено, копытным ножом счистил грязь, и в косом солнечном луче тускло блеснул виновник беды. Я зажал его шляпку щипцами, выдернул и показал фермеру. Он поморгал, а потом его плечи затряслись.