
Интересная получалась ситуация. Помнил я, Александр Иванович Привалов, свою жизнь до той знаменательной встречи на дороге. Помнил два варианта своей жизни после этого события. Этакая развилка во времени. В одном варианте стал я сотрудником НИИЧАВО, в другом — сотрудником НИИ спецтехнологий. Как подсказывает разум, таких вариантов должно быть несчетное количество, поскольку развилки появляются всякий раз, когда я совершаю (или не совершаю) какое-то действие. Но вот поди ж ты — помнил я только два линейных потока событий. Один — до 1973 года, до эксперимента Януса, а другой — до 1972 года, потому что, когда я ломал над этим голову, в моей «нынешней» реальности наступил как раз 1972 год.
После дознания и всех прочих неприятностей, связанных с утечкой сверхсекретной информации, на моей карьере в Спецтехебыл, конечно, поставлен жирный крест.
Меня отправили в бессрочную ссылку в один из филиалов НИИСТ с номером вместо названия — небольшой спецобъект в Бурятии. Работал я там по прежней специальности, только фактически на положении заключенного — без права переписки, без права выхода за пределы объекта, зато с многочисленными дополнительными обязанностями. Я делал расчеты и разрабатывал программное обеспечение для технологий, основанных на методах буддийских лам, сиддха-йогов и шаманов монголо-тибетского региона.
