Кроме того, пятеро из семи схожи по ряду показателей: шестнадцать — двадцать лет, выходцы из обеспеченных или даже зажиточных семей, никогда раньше не убегавшие из дома. Четверо из них — единственные дети в семье, и их родители обратились в Центр розыска сразу же. Учитывая сходство обстоятельств исчезновения молодых людей, к заявлениям родителей отнеслись со всей серьезностью. Однако самое любопытное, что трое из семи пропавших пересекались на одном и том же кастинге.

Не дело ли это рук какой-нибудь секты, воспользовавшейся разочарованием и даже отчаянием несостоявшихся участников игры, чтобы привлечь новых адептов, молодых и легко поддающихся влиянию? Не было ли заговора на кастинге? Или это невероятное совпадение, поскольку кассеты с записями прислали на передачу больше семисот пятидесяти тысяч молодых американцев?

Как бы то ни было, внутренний голос подсказывал Кларе, что должно случиться нечто ужасное. И очень скоро.

В дверь кабинета просунулась голова коллеги Клары, сержанта Уолтера Клегга. Клегг весил сто семнадцать кило при росте сто семьдесят два сантиметра; может, поэтому он предпочел не входить в кабинет, а спросил из коридора, не хочет ли она лично поговорить с братом одной из пропавших девушек. Попросив проверить личность звонившего, Клара взяла трубку.

— Мэтт Салливан?

— Да, это я!

Голос был не очень уверенным. Как у ученика, которого учительница застала спящим во время урока.

— Меня зовут Клара Редфилд, я из отдела розыска пропавших. Ты брат Хитер?

— Да!

— Где ты сейчас? — спросила Клара.

— Во Фриско…

— Когда ты последний раз видел сестру?

— Месяца три назад.

— Три месяца? — удивилась Клара.

— Да. Видите ли, я не живу дома. Отношения с родителями у меня, прямо скажем, не очень…

— А вы с тех пор общались?

— Да, мы говорили по телефону примерно раз в две недели, — с сожалением сказал Мэтт.