- Не знаешь? - презрительно сказал тот.- Видишь вон столб телеграфный? Ступай и пили.

- Да у меня и пилы нет.

- Поищи.

И опять его гоняли от одного к другому, но наконец нашел пилу и даже подручного для работы, какого-то старого рабочего.

- А ты бы шинель-то снял,- посоветовал рабочий.-Пальто хорошее, жалко, как испортится, да и работать легче.

- Боюсь, украдут,- сказал околоточный.

- Ну вот! - удивился старик.- Кому оно нужно. Тут, брат, граждане, а не воры...

- Рассказывай! - не поверил Иван Иванович, но пальто снял, сложил комочком изнанкой наверх и осторожно положил на подоконник, так, чтобы оставалось на виду.

Работа пошла легко, и все вокруг как-то посветлело, стало проще и понятнее. Попригляделся околоточный и к народу, и народ был все простой, такой, с каким он привык и умел обращаться: рабочие, какие-то мужики, полугоспода, приказчики из лавок. Были и женщины.

- Смотри-ка,- сказал Иван Иванович,- и бабы тут. Тоже работают.

- А отчего же им не работать. Всяк должен свою лепту.

- Выдрать бы их за эту лепту, вот что.

- Ну, и гадюка же ты! - удивился рабочий.- Тебе-то они чем помешали? А еще скажешь, позову ребят, они тебя научат, в лучшем виде все поймешь.

- Граждане, а деретесь,- упавшим голосом возразил околоточный.

- Мы-то граждане, а ты-то сволочь. Вас да не бить, кого же тогда бить?

И опять стало скучно и беспокойно. Невдалеке стоял Петров и искоса наблюдал, и все кругом было враждебное, злое, обидное в своей веселости.