- Это-то?

- Да.

- Женатый чиновник.

- А внизу?

- Чиновник вдовец.

Иван Савич стал морщиться.

- А с другой стороны? - спросил он.

- Чиновник-с.

- Что за черт! А там? - говорил Иван Савич, указывая на самый верх, и, не дожидаясь ответа, сам кивнул головой, как будто догадываясь кто. И дворник кивнул.

- Тоже?

- Тоже.

- Хм! - с досадой сделал Иван Савич. - Женатый?

- Никак нет-с... у него экономка, Фекла Ондревна, всем распоряжается. Хорошая женщина, такая набожная: ни обедни, ни заутрени не пропустит. А про вашу милость, коли спросит хозяин, как прикажете доложить? Кто вы?

- Кто я? - с важностию произнес Иван Савич, подступая к дворнику.

Дворник попятился и снял шапку.

- Кто я? - повторил Иван Савич. - Я холостой... чиновник!

Дворник надел шапку, тряхнул головой и только что не сказал:

"Что за чудо! напугал понапрасну. Нам они не в диковинку".

Он запер дверь и тотчас посмотрел в окно из сеней.

- Нет, нету! - сказал он сам себе, - уж не пробрался ли на другой двор? чего доброго от этакого анафемского мужика ждать: он, пожалуй, и на другой двор пойдет, да даром: пусть пойдет, Фомка-то без сапог сидит.

Иван Савич с Авдеем стали сходить с лестницы. Им встретилась баба с корытом. Они слышали, как она остановилась с дворником.

- Здравствуйте, Савелий Микитич! - сказала она.

- Наше вам, Степанида Игнатьевна!

- Что это, никак вам Бог жильцов дает?

- Да, наняли.

- Кто такие?

- Вестимо, кто: чиновники. Я рад-радехонек. Теперь по этой черной лестнице у нас всё чиновники живут. А то уж как я боялся, чтоб не нанял какой мастеровой.

Дня через два на новую квартиру явился Авдей... За ним въехали на двор три воза с мебелью и другими домашними принадлежностями. Получше мебель и разные мелкие вещи несли солдаты на руках. Сам Авдей нагружен был мелочами, как верблюд. Одной рукой он обнял стенные часы; гири болтались и били его по животу. Между пальцами торчал маятник. В другой руке была лампа. Сзади из карманов сюртука выглядывали два бронзовые подсвечника. В зубах он держал кисет с табаком.