— Пуганая ворона куста боится!..

— Васька!.. — угрожающе проговорил Арон, но Вася уже выскочил из мастерской и кликнул Вовке-мажору:

— Привет, Вовик!

— "Рабинович"! Васька!.. — Вовка заржал. — Люди от таких кликух, как черт от ладана, а он сам голову в петлю! Отваливаете?

— Отваливаем, Вовик.

— Я так и подумал. Поэтому и приехал... Капуста зеленая нужна?

— Почем?

— А то ты цен не знаешь! Двадцатник — доллар.

Василий покосился на окно мастерской. Оттуда на него в упор глядел Арон...

— Да нет, Вовик, этого добра у нас, как грязи.

— Ну, крутизна!.. — Леха нервно закурил. — Могу взять по пятнашке!

— Лежит — пусть лежит. Есть не просит.

Вовик метнулся к багажнику, поднял его, сунул Рабиновича нос внутрь. Перед глазами Василия предстала выставка икон.

— Там, за бугром, бешеные бабки!.. — жарко шептал Вовик.

— Сколько вот эта?

— Семь тонн — как отдать!

— А вот эта, плохонькая?

— Ну, козел!.. "Плохонькая"! Да это пятнадцатый век, фрайер! Двадцать штук и ни цента меньше! Чем старее — тем дороже... Ретруха в чистом виде!

Василий украдкой оглянулся и увидел, что Арон через окно мастерской показывает ему свой огромный кулак.

— Старик, нам эта шелупонь, честно говоря, до фени, — небрежно проговорил Вася и захлопнул багажник "девятки".

— Мы, старичок, настолько серьезно упакованы, что иметь дело с мелочами просто нет смысла.

Но Вовик не мог уехать просто так:

— Есть каналы переправки в обход таможни. За бабки, конечно.

Тут Василий увидел, что на пороге мастерской, занимая собой весь дверной проем, уже стоит грозный Арон.

Вася покровительственно похлопал грязной рукой Вовика по джинсовому плечу:

— На этот счет, Вовик, у нас никакой головной боли, — увидел у заднего стекла яркий иностранный журнал и спросил: