У закрытой шиноремонтной мастерской стояли несколько легковых автомобилей, а их владельцы молча и горестно читали объявление на дверях: "Мастерская закрыта по техническим причинам".

...Вася Рабинович и Арон Иванов медленно ехали на своем "Москвиче" вдоль нескончаемого металлического ограждения, за которым видны были десятки яхт и шверботов...

— Ты знаешь, я никогда не видел настоящего моря, — негромко сказал Арон.

— Я тоже, — признался Вася.

— Помню, Ривка была маленькая, и я повез ее кататься по Неве на речном трамвайчике. Так она, малявка, ничего! А я блевал всю дорогу...

— Клавка, сучка, уже в четвертом классе имела второй разряд по плаванью, а я до сих пор воды боюсь до истерики...

Вася обреченно махнул рукой и выругался: — Да, где же у них проходная, мать их за ногу?!

И тут за углом обнаружилась проходная. Арон затормозил.

У проходной на ступеньках сидел тощий небритый мужик лет шестидесяти пяти и ловко вязал на спицах. Он вслух считал петли, изредка сверяя с журналом "Работница", лежавшем на табурете.

На голове у него была старая капитанская фуражка, из-под ватника проглядывал "тельник", латаные-перелатанные джинсы — заправлены в подшитые валенки. На носу — роскошные сверхмодные золотые очки.

— Тридцать пять, тридцать шесть, тридцать семь... — старик довязал ряд и поднял глаза на Васю и Арона: — Здорово, ребятки. Чем порадуете?

— Хотели тут разузнать кой-чего... — промямлил Арон.

— Яхточку прикупить, что ли?

— Что-то вроде этого, — удивился Василий.

— Кооператив? Совместное предприятие?

— Почему именно "кооператив"? — не понял Арон.

— А у кого теперь такие деньги могут быть? Яхточки-то ведь кусаются, — усмехнулся старик.

— Нет, — сказал Вася. Мы сами по себе...

— Значит отъезжанты, — уверенно сказал старик. — Так сказать представители новой и самой мощной волны эмиграции!