Вел в замок неприступный тот.

Того, кто не желает мира,

Дверь потайная, дверь-секира,

Всегда навешенная там,

Вмиг разрубала пополам.

И невозможно увернуться.

Не отбежать, не отшатнуться,

Не проползти, не проскользнуть,

От гибели не увильнуть.

Ивэйну с детства страх неведом.

За беглецом он скачет следом.

Погонею разгорячен,

Ивэйн в ловушку завлечен.

Вперед всем телом он тянулся.

Он беглеца почти коснулся,

Почти задел его седло.

Ивэйна храброго спасло

Воинственное напряженье.

Секира-дверь пришла в движенье,

Как будто бы сам Вельзевул

Ее внезапно потянул,-

Седло с размаху разрубила,

Коня лихого загубила

Железом дьявольским своим.

Ивэйн, однако, невредим,

И без единого пореза

Скользнуло вдоль спины железо,

На пятках шпоры отхватив.

Наш рыцарь, слава богу, жив.

Вскочил он, страх превозмогая.

Тем временем уже другая

За беглецом закрылась дверь,

И не достать его теперь.

Судьба завистливая злая!

Взять в плен противника желая,

Сам рыцарь попадает в плен

Среди враждебных этих стен.

Ивэйна в плен коварством взяли.

Непобедимый заперт в зале.

Просторный, светлый этот зал

Прекрасной росписью блистал.

Рисунки, краски, позолота,

Художественная работа.

Искусством этим восхищен,

Ивэйн тревогою смущен.

Отторгнутый от всей вселенной,

Не тосковать не может пленный.

Грустит в неволе даже зверь.

Вдруг заскрипела рядом дверь,

И соизволила явиться

Весьма красивая девица.

Из тесной горенки своей

Она выходит поскорей,

Увидев рыцаря в кольчуге,

И говорит ему в испуге:

"Ах, сударь! Вам грозит беда!