Капитан знал, что в следующее плаванье Илмар не пойдет.

— Чем думаете заняться до начала учебы? — спросил он.

— Очевидно, съезжу домой, — сказал Илмар, — Надо полистать старые школьные учебники, многое подзабылось. В особенности, по теории…

— Ну, на последнем курсе самое важное — практика, а ее у вас было предостаточно. Свидетельство о плавании я приложу к расчету. Аванс сможете получить завтра же.

Спустя полчаса Илмар Крисон сошел на берег. На нем был синий, сшитый в Англии костюм и новый макинтош, и в руке он держал легкую бамбуковую трость. Узел черного галстука украшал золотой якорек, а из нагрудного кармана торчал пестрый шелковый платочек с американским флагом на уголке. Таково было требование моряцкой моды, так же как и жесткая соломенная шляпа и цепочка карманных часов с брелоком в виде миниатюрного золотого штурвальчика.

Он крикнул извозчика и велел ехать в центр города, толком пока не зная, куда направиться в первую очередь. Было еще рано, чуть более пополудни. Анды может не быть дома. А что если завернуть к Цвалиню или Мору, — там он встретит кое-кого из однокашников, если только все не ушли в море. Эту мысль он тотчас отбросил; от друзей быстро не отделаешься, а он хотел вечером быть свободен, сегодняшний вечер принадлежит ему и Анде.

У биржи Илмар отпустил извозчика. Медленно пошел к Бастионной горке. Мальчишки-газетчики громко выкрикивали названия свежих газет. Илмар вспомнил, что последний раз читал газету месяц назад, и купил несколько номеров. Он присел на скамью на берегу канала и стал просматривать, о чем пишут. Странное это ощущение — за долгое отсутствие утратить целостное представление о событиях и их развитии и потом вдруг с какой-то новой точки вновь начать рассматривать эту родную, знакомую жизнь со всеми ее перипетиями. Каждая мелочь кажется значительной и интересной, предельно знакомой и в то же время новой — все предметы сызнова обретают свой характерный аромат, который ты постепенно перестаешь замечать, привыкая к нему.