Он сел, чувствуя, что выступил по крайней мере не хуже своего противника.

Легкая улыбка появилась на тонких губах мистера Лоу.

— Господин маркиз знаком с поговоркой о том, что история повторяется? Его большое знание человечества должно привести его к мнению, что люди не изменяются, как бы ни менялись обстоятельства.

Он говорил столь вежливо, словно не сознавал, что наносит оскорбление. Не ожидая, пока генерал-лейтенант соберется с ответом, он продолжил:

— Впрочем, это тоже только мое личное мнение, к которому каждый может отнестись, как ему угодно. Позвольте мне вернуться, однако, к вопросу о банкротстве. Мнение о его необходимости, господа, у некоторых из вас — я без колебаний утверждаю это — основывается на фундаментальной ошибке: они уверены, что нация действительно является банкротом.

Сен-Симон выразил свое удивление едким смешком:

— А вы полагаете, это не так?

— Да, я совершенно уверен, что это не так, — объявил он и продолжал. Они могли считать народ, обладающий такими неистощимыми запасами, как Франция, банкротом только из-за непонимания того, что является сущностью богатства. Казна может быть пуста, но государство и без денег обеспечит свои нужды. Деньги не являются богатством, они только обеспечивают его циркуляцию; как кровь, которая, сама не являясь живой, несет жизнь и тепло в каждую часть тела.

Богатство государства заключается, уверял он, в трудолюбии и в производительности его народа, в плодородии почвы, в свободной и широкой торговле, в таланте, изобретательности и заинтересованности тех, кто творит, занимается ремеслами или торговлей.

— Когда вы согласитесь с этим, — а вы должны с этим согласиться — то вы поймете, как понял я, что богатство Франции не вызывает сомнения.

Он остановился, словно ожидая ответа, а герцог Ноай вежливо воспользовался этим, чтобы обратиться к регенту: