- В таком случае тариф увеличивается…

- Это неважно, - поцеловал руку женщине. - Деньги, такая пошлость, Хелен, если их нельзя потратить на собственное удовольствие.

С этим Лешинский был согласен, но платил лишь за натуральность, а суррогат чувств и эмоций был, по его мнению, еще хуже, чем соевый бекон или носки с полистеролом. В век технического прогресса все больше вещей заменялись искусственными, но не чувства же, не ощущения? Это было слишком. Хоть они, но должны оставаться естественными.

В то, что девчонку - студентку, действительно ничего не ведающую, привезут Расмусову - он не верил. Конечно, теоретически это возможно, но практически сопряжено с определенным и очень большим риском. А рисковать мадам явно не привыкла. Значит все на видео - подставные "утки". И заказ - театрализованное действие, где одну из ролей захотел сыграть Расмус. В накладе никто не останется, и это их дело. Но Леший тут пас. Ему нужно только настоящее.

Они быстро распрощались с Хелен, отказавшись остаться на костюмированный бал, и вышли на свежий воздух.

- Посидим где-нибудь?

- Пожалуй.

Леший закурил, останавливаясь перед приоткрытой перед ним дверцей в машину, окликнул друга, что пошел к своей:

- Постой.

Охранники замерли в ожидании, а мужчины сошлись посередине выезда с подземной автостоянки:

- Что?

- Ты всерьез?

Игорь прищурился на него и засмеялся:

- А, зацепило? Я говорил!

- Нет. Я про другое: ты всерьез веришь, что это будет натурально?

- Да! Потому что это будет по-настоящему. Хелен не предлагает варианты игры в игру, она предлагает полнокровную жизнь, натуральную. Ее фишка в том, что она /знает/, что нам надо.

Глаза мужчины блестели и было ясно, что он уверен в том, о чем говорит.

- Постой, хочешь сказать, что ее люди возьмут эту студентку и привезут вам?