Взглянув на часы, он увидел, что стрелки показывают половину второго. Он нажал кнопку звонка, и тут же в дверь постучали, на зов вошел полицейский.

— Ступайте в регистратуру, — сказал ему Смит, — и принесите мне… — он взглянул на лист бумаги, лежавший перед ним на столе, и продолжил: — Дело номер Г 7941.

Дежурный бесшумно удалился, а Смит принялся за чаепитие.

На лбу его залегли морщины задумчивости, придавшие его правильному красивому лицу, загоревшему под солнцем Южной Франции, выражение печали и озабоченности.

Ему пришлось совершенно неожиданно прервать свой отпуск и возвратиться для решения задачи, которая была лишь под силу человеку его склада и способностей. Он должен был выследить величайшего мошенника современности — Монтегю Феллока. Ныне эта задача становилась еще более значительной, ибо на Монтегю или его соучастников ложилась ответственность за смерть двух людей, убитых на Бреклей-сквер.

Никто никогда не видел Монтегю, не существовало и его фотографических снимков, которые облегчили бы сыщикам поиски этого человека. Порой попадались кое-какие его соучастники, но и они после самых строгих допросов не могли ничего сказать о нем: они были всего лишь соучастниками его соучастников.

Монтегю продолжал оставаться невидимым. Скрытый за завесой банков, адвокатов, анонимных лиц, он продолжал оставаться и недосягаемым для рук полиции.

Дежурный полицейский снова вошел в кабинет Смита, неся в руках небольшой черный портфель, который и вручил Смиту. Затем он покинул комнату и возвратился на свой пост.

Смит открыл портфель и вынул из него три небольших пакетика, перевязанных красным шнурком.

Раскрыв один, он вынул из него три карточки. Это были фотографические увеличения дактилоскопических оттисков. Даже неопытный глаз сразу установил бы, что эти оттиски сделаны одним и тем же пальцем, несмотря на то, что были сняты при различных обстоятельствах.