Полковник взял мегафон и стал у стены рядом с окном в подвал.

— Слушай, с тобой говорит начальник областного управления МВД, полковник Дейнеко.

— Ого, — послышалось из подвала, — какой чести меня удостоили. Со мной раньше и сержант не стал бы разговаривать.

— Не ёрничай. Отпусти Ребёнка, и мы выполним любую твою разумную просьбу, кроме той, чтобы отпустить тебя на свободу.

— Хорошо, воспользуюсь последним желанием перед смертью.

— Мы не собираемся тебя убивать.

— Не пизди, полковник. Принесите мне запечатанную бутылку водки, буханку хлеба, банку свиной тушёнки и бутылку минералки. Не вздумайте травить, я вначале дам ребёнку. Понятно?

— Да, понятно.

Жихарев смотрел на ребёнка, как тот играется ювелирными изделиями. Он выложил их в кружок и посредине положил большую брошь.

«Соображает», — подумал бандит и в этот момент мальчик посмотрел на него и улыбнулся. Жихарев улыбнулся в ответ своим беззубым ртом и спросил мальчика:

— Шамать хочешь?

— Что Вы сказали, дядя?

— Ну кушать хочешь?

— Немножко.

— Как тебя зовут?

— Витя.

— Сейчас, Витя, принесут.

Минут через двадцать сверху предупредили, что сейчас будут передавать еду для него и ребёнка. Сквозь прутья решётки за три раза опустили буханку серого хлеба, банку тушёнки, бутылку молока, бутылку минеральной воды, чекушку (250 грамм) водки, две алюминиевые кружки и такие же ложки, а также завёрнутые в газету карамельки.

— Я просил бутылку водки, а вы мне что дали?

— Хватит с тебя пока, а дальше посмотрим.

— Ладно, суки, — заключил бандит и приступил ножом открывать тушёнку.

Хлеб он ломал руками, давая мальчику горбушку, а сам ел мякину.

Набрал в одну ложку тушёнки и протянул ребёнку. Витя с удовольствием уплетал поданную ему пищу, а Жихарев налил себе в кружку водку, выпил и стал медленно жевать своим беззубым ртом пищу.