Короче, все склоки, разборки, войны - за пределами этого благословенного места.

А ежели уж, паче чаяния, случается найти "жмурика", не похожего на бомжа и с признаками насильственной смерти, то, как правило, уже часа два к этому времени в одном из отделений сидит пришедший с повинной и глубоко раскаявшийся грешник, в состоянии сильного душевного волнения превысивший пределы необходимой обороны и ненарочно (или нечаянно) "замочивший" голыми руками (или случайным бытовым предметом) хама, который вел себя нагло, вызывающе и небезопасно для окружающих, да к тому же был вооружен. Все вышеотмеченное в протоколе тут же подтверждается свидетелями, заслуживающими всяческого доверия.

Ну а что до экспертизы - то разве поспорит какая-то мензурка с живым человеком?

Если четыре персоны в один голос уверяют, что потерпевший поскользнулся и ударился головой об угол стола, причем случайно, то эксперту остается лишь отыскать обширную гематому в затылочной части черепа...

Но вооруженный патруль почти в черте городка - это что-то совсем из ряда вон...

Это же не Таджикистан и даже не Москва - здесь люди отдыхают. И какие люди!

Нет, это не милиция. Скорее, какой-то спецназ. Милая мода: сейчас не то что республика - каждая область и город завели себе кто "беркутов", кто "соколов", кто "пантер", кто доморощенных "альф" или "бэт". И между спецназами соцсоревнование - кто из них спецназнее... Сегодня "беркут" поклевал "пантер", завтра "пантеры" порвали "беркутов"...

- Стар... нант... аев, - представляется офицер, лениво поднося ладонь к кепочке.

И выражение морды лица он, вроде, тоже позаимствовал из американского боевика. А может, и нет, - просто и для наших стала обычной этакая смесь лени, презрения и превосходства, какую испытывает вооруженный человек рядом с безоружным.