Это все равно, что читать "Письма" Хауэла все подряд, от корки до корки, или уничтожить за один присест целый окорок. А вот съедать время от времени маленький кусочек доставляет удовольствие. Так же как открыть книгу наугад, чему-то улыбнуться, а через некоторое время зевнуть, выпустить ее из рук, и bon soir {Спокойной ночи (франц.).}, и сладких вам снов. Я не раз бывал свидетелем того, как завсегдатаи клубов дремали в креслах, держа в руках книги вашего покорного слуги, - и мне всегда было приятно видеть это. Даже когда спали на моих лекциях, это меня ничуть не трогало - только бы не храпели. Совсем недавно, когда в одной компании мой знакомый А. сказал: "Кажется, вы бросили наконец свои писания о разных разностях, и правильно сделали!" - то я первый присоединился к тому дружному хохоту, которым были встречены его слова. Ведь мне наплевать, поправятся ли Архилоху мои заметки или нет. Вам, уважаемый Архилох, может, не по вкусу овсяная каша, или простокваша, или что-то еще. Ну так отведайте чего другого. Я же не намерен потчевать вас своим кушаньем и укорять, если вы откажетесь от него. В бытность мою в Америке на каком-то обеде я оказался рядом с одной умной и откровенной дамой, которая сказала мне, когда обед подходил к концу: "Мистер Разные Разности, меня предупреждали, что знакомство с вами не доставит мне удовольствия; так оно и случилось". "Что же делать, сударыня, - ответил я с самой неподдельной искренностью, - мне-то ведь все равно!" После чего мы тотчас же подружились и с тех пор относимся друг к другу с большим уважением.

А потому, любезный мой Архилох, если случится, что этот очерк попадет к вам в руки и вы, проворчав: "Какой вздор", - приметесь за что-нибудь другое, то я-то уж из-за этого горевать не стану. Вы можете еще спросить: "С какой стати он назван "О двух мальчиках в черном"! Ведь ни о чем подобном автор даже не упоминает, разве только встреченные им дамы (на которых он, как видно, нагнал скуку) были чернокожие.