К сожалению, я не ошибся и на этот раз.

Один из разбойников повалил связанного тут же на землю и принялся душить его.

Другой, маленький, в кепке, немедленно вскочил после этого за руль, за ним последовали остальные.

Я понял, что вся эта недобрая компания на темной дороге элементарно захватила машину.

Последний, прежде чем забраться к своим товарищам и укатить, оттащил связанного мертвого на обочину и бросил почти что у моих ног, отчего я имел возможность увидеть, что связанный действительно безжизнен, что у него благородные черты лица, и на нем была к тому же военная форма.

Мне не хватило одной секунды, чтобы отступить на шаг назад.

Я был замечен этим, еще не успевшим отойти разбойником, и в мгновение ока, не знаю, как это получилось, очутился в машине.

- Контру привел, - сказал разбойник с сильным акцентом, обращаясь, видимо, к сидящему за рулем.

Я сидел тихо и не рыпался, потому что не знал, как мне на все это реагировать.

За окнами машины стало светлей, наверное, подходила к концу ночь, и, хотя дорога все никак не кончалась и жилых построек видно не было, страх прошел и ко мне к тому же вернулось философское расположение духа, вернулось, несмотря даже на то, что крыша в машине была дырявой, и все пассажиры, кроме рулевого, курили, а я не переношу табачного дыма. Тот, который поймал меня, курил трубку.

Смотреть на все происходящее, на этих людей, на странную машину, ощущать дождь с крыши, видеть рассвет за окнами было интересно. Я еще подумал, что ничего подобного и представить себе не мог, сидя в теплой квартире.

Спутники мои сидели в машине молча. Изредка бросали друг в друга словами, похожими на языческие знаки, из чего я заключил, что говорят они не о разбойных делах, а скорее, о чем-то возвышенном.