Холмс хмыкнул со своего дивана.

- Полиция графства должна бы кое-что извлечь из этого, - сказал он. Ведь совершенно очевидно, что...

Но я предостерегающе поднял палец.

- Вы приехали сюда отдыхать, друг мой. Ради Бога, не принимайтесь за новую задачу, пока не окрепли нервы.

Холмс посмотрел на полковника с комическим смирением и пожал плечами, после чего беседа повернула в более спокойное русло.

Однако судьбе было угодно, чтобы все мои старания оберечь друга пропали даром, ибо на следующее утро это дело вторглось в нашу жизнь таким образом, что было невозможно остаться в стороне, и наше пребывание в деревне приняло неожиданный для всех нас оборот. Мы сидели за завтраком, когда к нам ворвался дворецкий, забыв о всякой пристойности, и выпалил, задыхаясь:

- Вы слышали новость, сэр? У Каннингемов, сэр?

- Опять ограбление? - вскричал полковник, и его рука с чашкой кофе застыла в воздухе.

- Убийство!

Полковник присвистнул.

- Бог мой! - промолвил он. - Кто убит? Мировой судья или его сын?

- Ни тот, ни другой, сэр. Убит Уильям, кучер. Пуля угодила прямо в сердце.

- Кто в него стрелял?

- Вор, сэр. Убил кучера наповал и был таков. Он успел добраться только до окна кладовой, Тут Уильям и бросился на него и нашел свою смерть, спасая добро хозяина.

- Когда это случилось?

- Вчера, сэр, около полуночи.

- А-а, в таком случае мы заглянем туда попозже, - сказал полковник, невозмутимо принимаясь за прерванный завтрак.

- Скверное дело, - добавил он, когда дворецкий ушел. - Старый Каннингем - самый влиятельный сквайр в наших местах и очень почтенный человек. Это его сразит. Уильям служил ему много лет и был хороший работник. Очевидно, это те же негодяи, что побывали у Эктона.

- И похитили ту чрезвычайно любопытную коллекцию?

- Именно.

- Гм! Возможно окажется, что дело не стоит выеденного яйца.