А что вы скажете об издательском деле во Франции?

Моё знакомство с французским издательским делом начинается и кончается моим сотрудничеством с издательством "Seuil", поэтому ответить на ваш вопрос в полную меру я просто не имею никакой возможности. В этом совсем незнакомом и непривычном для меня западном мире я совершенно бы потерялся и не мог наладить всю эту организацию с издателями, с переводчиками, с правами, тем более что они были сильно запутаны к моменту моей высылки. А издательство "Seuil" освободило меня от этих забот, отлично справляется со всеми этими делами, особенно здесь должен выделить руководителей издательства господина Фламана и господина Дюрана. Они освободили мне большой объём творческого времени. Практически я просто почти всё время пишу.

Что вы читаете во время досуга?

Досуга? Западному человеку почти невозможно представить невероятные условия, в которых я работаю по сей день. До момента изгнания я должен был каждый день платить дань конспирации, то есть каждый час и каждый вечер думать - какие вещи могут остаться на ночь в этом доме, какие должны быть спрятаны и как я их завтра получу, как мне посмотреть на свои материалы, свести их вместе, сравнить... Вот ни разу за то время, что я писал "Архипелаг", - вся книга не лежала вместе на одном столе. Мне нужно было десятки раз сравнивать разные места, и всё это с большим напряжением памяти. Это одно - конспирация. Потом, долгие годы в России я должен был большую часть времени где-то работать - и для денег, и для того чтобы не возбуждать подозрения властей. Но и теперь, когда всё это отпало, сегодня этого ничего нет, - я нахожусь под другим давлением. Я принадлежу к последнему поколению, которое ещё может написать события революции. И участники событий умирают ежедневно - последние. Не только документы, но даже книги о том времени на родине сожжены или под семью замками, поэтому я нахожусь в изнурительной гонке со временем: успеть раньше, чем время разрушит весь материал! Я должен поспеть за несколько поколений, которые эту задачу не выполнили, вот почему я едва успеваю вечером прочесть те материалы, без которых завтра утром остановится моя работа.