— Никто на тебя хвори не напускал, — говорил он обычно больному.

Он был того мнения, что болезни мы сами в себе вызываем. Заболеть можно оттого, например, что тебе привиделся какой-то сон, что ты не помочился вовремя, что задумал недоброе, что не удовлетворил какое-то свое желание, что позавидовал такому-то, что на такого-то затаил злобу. Человек смиренный, немногословный, милосердный, благорасположенный к людям неподвластен многим заболеваниям. У людей высокомерных, скупых, злоречивых, гневливых кровь кипит, и болезни легко находят доступ к ним в плоть. У всякой болезни есть человеческое имя, неведомое врачам; врачи вообще знают лишь общие названия болезней, принятые в науке, а потому, чтобы лечить, им требуется наука и лекарства по науке. Но возьмем для примера конкретную болезнь Педро Переса, Кузнецом его прозвали, а в детстве две клички у него было, Пузырь и Брюхан, потому что был он очень пухлый, вялый и рохля, а теперь, когда ему сорок пять, это старообразный и костлявый человек и видеть не может ни сала, ни похлебки из каштанов, собирался когда-то жениться на девушке из одной горной деревушки, да нашелся малый попроворнее и отбил ее, и Педро уехал в Аргентину, прожил там несколько лет и вернулся с пустыми карманами и т. д. и т. п.; так вот, от его болезни ниточки тянутся к тому обстоятельству, что все предки Педро были в Виларе кузнецами — а кузнецы часто сплевывают; ремесло у них такое, часто приходится сплевывать, вот откуда все его беды: и пухлость в детстве, и теперешние неприятности, неудача в любви, путешествие за океан, невеселое возвращение с тощим кошельком… Может, у него камень в печени, а то и два, но, главное, стряслось с ним все, о чем сказано, и надобно дать его болезни человеческое имя, ежели правильно подобрать, узнается, может ли выздороветь Педро Перес, по прозванию Кузнец, еще прозванный Пузырем и Брюханом. Говорят, Ламас Старый многих вылечил, всего-навсего шепнув на ухо пациенту имя его болезни.

— Многие ничем и не больны, — утверждал он. — Все дело в том, что потеряли вкус к жизни.