— Ну-с, господа, — обратился капитан к путешественникам вслух, — так, значит, вы французы? Так-с. Как же вас зовут в таком случае?

— Меня — Жюльен де-Кленэ, а моего товарища — Жак Арно.

— Очень хорошо-с. И вы, разумеется, путешествуете для собственного удовольствия?

— Не совсем. Господин Жак Арно едет по своим делам, а я провожаю его, чтобы доставить удовольствие и себе, и — как я надеюсь — ему.

— Хитрая бестия! — пробормотал сквозь зубы капитан. — А простите за нескромность, — продолжал он вслух, — куда это вы оба изволите ехать?

— Извольте, капитан. Мы едем в Бразилию.

Капитан ожидал всего, но только не этого. Это уж был пассаж совершенно необыкновенный. В Бразилию — через Томск! Через Сибирь! Из Франции!

— В Бра… зи… лию! — насилу выговорил он, не будучи в силах скрыть свое чрезвычайное удивление. — В Бразилию через…

— Сибирь, — досказал за него белокурый француз. — Совершенно верно. Мы хотим проехать туда сухим путем. Конечно, по дороге нам встретится Берингов пролив, отделяющий Америку от Азии. Но ведь это безделица — всего пятьдесят верст каких-нибудь. Да и то мы рассчитываем переехать через него зимой, следовательно, по льду. Мой друг до безумия боится морской болезни. По этой причине мы и в Сибирь попали, в чем нисколько не раскаиваемся, так как имеем теперь случай познакомиться с вами, капитан.

Слова эти были сказаны с развязностью истинного парижанина и сопровождались самым галантным поклоном.

Капитан принял такое обращение за дерзкую насмешку над собой и вспылил не на шутку.

— Довольно, негодяи! — крикнул он. — Полно вам людей-то морочить.