- Спасибо. Но откуда вы взяли, что я на мели? Вовсе нет.

- Извините. Мне просто показалось...

Глаза Брайс-Грина снова опустились, но Кейстер уже убрал ногу.

Брайс-Грин заплатил по счету и поднялся:

- Очень сожалею, дружище, но у меня свидание в половине третьего. Чертовски рад, что встретил вас. До свидания!

- До свидания, - произнес Кейстер, - и спасибо.

Кейстер остался один. Опершись подбородком на руку, он смотрел через монокль в пустую чашку. Наедине со своим сердцем, своими башмаками, своим будущим... "В каких ролях вы выступали последнее время, мистер Кейстер?" "Да так, ничего особенно интересного. Впрочем, роли были самые разнообразные". "Понятно. Оставьте ваш адрес, сейчас не могу обещать вам ничего определенного". "Я бы мог э-э... почитать вам что-нибудь. Может, послушаете?" "Нет, благодарю, это преждевременно". "Ну что ж, может быть, я пригожусь вам позднее".

Кейстер ясно представлял себе, как он смотрит при этом на антрепренера. Боже, какой взгляд! "Великолепная жизнь!" Собачья жизнь! Все время ищешь, ищешь, выпрашиваешь работу. Жизнь, полная бесплодных ожиданий, старательно скрываемой нищеты, тяжкого уныния и голода.

Официант, скользя на носках, подлетел к столу: видно, хотел убрать посуду. Надо было уходить. Вошли две молодые женщины и сели за столик у двери. Кейстер заметил, что они посмотрели на него, до его обостренного слуха донесся их шепот.

- Конечно, это он... в последнем акте... Разве ты не видишь его седую прядь?

- Ах, да! Это он. В самом деле он...

Кейстер выпрямился, поправил монокль, на губах заиграла улыбка. Они узнали в нем доктора Доминика!

- Разрешите убрать, сэр?