Вся литература Древнего Востока пронизана религиозной идеологией. Но сколь противоречиво в литературе идеологическое выражение – от языческого антропо– и зооморфирования божества к рабскому богопочитанию или, напротив, героическому богоборчеству и человеколюбию, то ли в образах беззаветной любви к богу, а то и полного игнорирования его.
* * *
Как известно, мировая литература сложилась лишь в новое время, на рубеже XVIII и XIX веков. Но это могло произойти лишь потому, что с самого возникновения письменных литератур на земле (вначале – древневосточных) они развивались в постоянной оплодотворяющей связи друг с другом, питались одними и теми же общественно-историческими корнями.
Западная античная литература также никогда не была изолирована от древневосточной, пережив две эпохи этой связи; одну – в самом начале зарождения (I тыс. до н. э.), другую – при ее завершении в культуре эллинизма, в последние века до нашей эры. Отличие ее от восточных хотя и является глубоко качественным, но вовсе не принципиально противоположным.
Мир просторен, многолик, и вместо с тем он един – такой вывод вытекает из изучения проблемы начала, и даже самого «начала начал», литературного творчества.
Выше уже говорилось, что литературы Древнего Востока всегда были связаны меж собой, учились друг у друга и друг друга обогащали. Эти связи перерастают региональные рамки и становятся всемирными. Литературный синтез – яркий показатель плодотворности сближения и взаимообогащсния литератур.
На рубеже двух эпох – до нашей эры и нашей эры – сближение литератур Древнего Востока и античного западного мира привело к созданию нового явления – западно-восточного литературного синтеза, воплощенного, в частности, в эллинистической литературе.