Маркем Мэйс лукаво усмехнулся,

- А, насчет того субъекта? Да он же полоумный,

- Зачем же вы тогда послали его ко мне? - спросил Керситер.

- Просто вы были первым, про кого я вспомнил.

- Вы хотели выставить его вон?

- Разумеется. Впрочем, он бы и так ушел. Нет, я пожалел этого несчастного попрошайку - у него водянка головного мозга. Обычная история с этими австралийцами - все они свихнулись в своей пустыне.

Керситер нахмурился.

- Что привело его к вам?

Маркем Мэйс снова благосклонно усмехнулся, словно оказывая ему огромное одолжение.

- Он сказал, что его внимание привлекли слова "Брисбейн и Перт" в справочнике.

В душе Керситера зашевелилась неприязнь.

- И поэтому вы напустили его на меня?

- Я хотел помочь бедняге. Странное совпадение: его отец был моим учителем в Оксфорде - чертовски славный малый был этот Джереми Дикон, хотя и фантазер, каких мало.

Это хотя бы в какой-то мере подтверждало рассказ Дикона. Однако осторожно, ведь и Маркем Мэйс может ошибаться. Его захлестнула жалость к этому неприкаянному человеку в темно-синей рубашке.

- Что ж, - сказал он, - я вовсе не уверен, что он сумасшедший.

Долгий насмешливый взгляд, последовавший за этими словами, изрядно его раздосадовал. Маркем Мэйс, быть может, и талантлив, но это уже граничит с наглостью.

- Ну, мне пора. Благодарю вас! - отрывисто произнес он и откланялся. Нечего терять время на Дикона и его предложение насчет воды - он не станет больше об этом думать!

Гостиница "Золотые Ворота" в Ковент-Гардене - плоское желтоватое здание, внутри, как и снаружи, являло собою непревзойденный образчик унылого запустения. В ответ на просьбу вызвать "кого-нибудь вроде коридорного" последовало долгое молчание. Керситер остался стоять в небольшой унылой комнате, где висели красные суконные шторы, стояли три плевательницы, два столика с грязными мраморными досками, а над чугунной каминной решеткой красовалась картина, изображающая коронацию королевы Виктории.