Он сел на "Оллу Подриду" в Суэце. Просматривая список пассажиров, он надеялся, что ему не придется увидеть того мечтателя. Он нашел его фамилию среди пассажиров второго класса. Итак, если немножко постараться, он его не увидит, ибо, как и подобает человеку, который занимается добыванием денег, сам он ехал первым классом, и в списке, составленном в Марселе, его фамилия не значилась. Яркий солнечный свет, масса воды кругом, рекомендательные письма в кармане - он чувствовал себя легко, беспечно, и все более твердо верил, что деньги будут - стоит лишь попросить. В Коломбо он сошел на берег, гулял по Коричным Садам, смотрел, как прямо на глазах растет манговое дерево. В эту ночь Керситер не мог заснуть от жары, и когда он, слегка опьянев от доносившегося с берега пряного аромата, стоял на палубе, облокотившись о поручни, возле него раздался голос: "Вы впервые видите Южный Крест?" Желтее обычного и, пожалуй, столь же неприкаянный, в своей неизменной темно-синей рубашке, этот субъект облокотился о поручни рядом с ним. Это было похоже на конец или начало какого-то сна, и Керситер крепко закусил мундштук трубки.

- На него надо смотреть из пустыни - там с ним как-то веселее. Значит, вы все же решили поехать со мной взглянуть на воду?

- Едва ли! - резко отвечал Керситер.

- Стало быть, это увеселительная прогулка? - Изысканный голос звучал чуть гнусаво.

- Нет. Я еду по делам руководимого мною концерна в Рангуне.

- Понятно. Но ведь это австралийский пароход.

- Знаю, - раздраженно сказал Керситер. - Я еду в Мельбурн.

На мгновение у него мелькнула отчаянная мысль ворваться на мостик и потребовать, чтобы его отправили обратно на берег. Но пароход вдруг печально загудел.