На берег их доставил лихтер {Лихтер - небольшое плоскодонное парусное судно.}. Весь следующий день и еще один день они ехали сквозь летний зной в фургоне, запряженном мулами. Колеса глубоко погружались в изрезанный колеями песок. Нигде ни клочка тени.

Дикон показывал ему приметы местности. Керситер не мог их разглядеть и буквально через каждые десять минут думал: "Я спятил". Ночевали они на овцеводческих фермах. У владельцев этих ферм Керситер заметил тот же неподвижный, упорно погруженный в пустоту взгляд, что и у Дикона. Бурная веселость их приветственных возгласов очень скоро испарялась, и глаза их тотчас же снова принимались искать что-то вдали. "Очевидно, они ищут воду", - подумал он. С чувством отчаяния смотрел он на колодцы и небольшие ирригационные сооружения. Это было похоже на то, как если бы кто-нибудь пытался выстирать одеяло, сморкаясь в его уголок. На второй день появилась скудная трава; на ней паслись овцы. Утром и вечером Керситер неизменно ел баранину с помидорами и пил чай со сгущенным молоком. Интересно, сколько времени потребуется для того, чтобы рубашка его посинела, а глаза неподвижно уставились в пустоту.

К концу второго дня, когда уже спустились сумерки, они доехали до диконовской "усадьбы". Четверо чернокожих и один шотландец встретили их с интересом, который, впрочем, сразу же сосредоточился на содержимом фургона. Вокруг дома росли пять развесистых эвкалиптов. Было почти прохладно, и, войдя в гостиную, Керситер впервые, после выезда из Перта почувствовал себя уютно. Здесь были плетеные кресла и книги; желтый ирландский терьер с длинным хвостом подошел к нему и лизнул ему руку. Туземная женщина принесла какой-то желтый напиток - смесь виски с лимоном и сахаром.

- Вот мы и дома, - сказал Дикон. - Располагайтесь, как вам нравится. Это очень удобное кресло. Ужин будет готов через час.