Эти акции, выпущенные на льготных условиях, дающие семь процентов годовых и обеспеченные всею собственностью Треста, представляют собой исключительно выгодное капиталовложение. Директора Треста, заранее уверенные в успехе, обращаются..." Да, черт побери, если бы они и в самом деле обращались! Ему не удалось заставить их подписать это - зловещее предзнаменование! На секунду он мысленно представил себе провал этого обращения, - увидел "Рангунский Т. И. С.", беспорядочную груду железного лома, бетона и бревен, под безжалостным синим небом, под безжалостным тропическим ливнем, отмахнулся от этого видения, как от дурного сна, добавил: "к публике" - и громко высморкался.

- Уотнот, - сказал он секретарю, - проспект необходимо опубликовать на этой неделе. В будущий понедельник ожидаются два больших выпуска акций.

- Да, сэр, я сегодня же отнесу его в типографию. Кг к вы думаете, мы получим деньги?

- Мы должны получить их, Уотнот.

- Да, сэр.

Ему стало жаль маленького Уотнота с его пятьюстами фунтами в год - ведь он женат и у него трое детей. И все же они получат деньги, они должны получить их, ибо сам он хоть и не женат, но ведь жить ему тоже надо. И он принялся перечитывать проспект, чтобы посмотреть, нельзя ли усилить впечатление, не греша против истины. Перечитав, он понял, что это невозможно; более того, один или два пункта довольно дерзко бросали вызов будущему. Но публика погружена в такую глубокую летаргию, что всегда нужно живо обрисовать ей все возможности. В такое время, как сейчас, очень трудно выдоить что-нибудь из рынка. Он с тоской подумал об этой тонкой синеватой струйке и о своих собственных попытках увеличить ее, попытках, которые ему часто приходилось предпринимать по телефону или наведываясь в конторы банкиров и других денежных мешков. Вручив Уотноту проспект, он набил трубку и откинулся на спинку кресла, на мгновение погрузившись в мечты о том, как он удалится от дел, - когда ему надо было доставать деньги, эта перспектива неизменно казалась ему весьма заманчивой.