Входа с улицы в дом не было, а сначала нужно было войти в каменные низкие ворота с железною решеткой; мощенный плитнякам двор с четырех сторон был окружен непрерывною цепью построек; за домом сейчас начиналась громадная кухня, потом людская, дальше погреб, рядом с ним тот флигель, где жил Яша. От ворот до флигелька шел длинный каменный кор­пус, служивший конюшней и псарней. Собственно, самый дом разделялся на две половины: в одной, которая выходила частью окон во двор, жил барин Евграф Павлыч Катаев, а в дру­гой — его родной брат Андрей Павлыч. Братья враждовали между собой с незапамятных времен, как выражаются учебни­ки истории; Андрей Павлыч постоянно проживал за границей, и поэтому его половина, выходившая окнами на пруд, стояла необитаемой. Управление Кургатским заводом разделялось на две половины, и такое разделение служило источником нескон­чаемых недоразумений, пререканий и раздоров.

С балкона на половине Евграфа Павлыча можно было лю­боваться отличным видом на весь Кургатский завод и на тес­нившиеся кругом него горы. Завод раскидал кучки своих бре­венчатых домиков в узкой горной теснине, на дне которой раз­лился неправильною полосой большой пруд, уходивший заги­бом в настоящее горное ущелье; этот пруд разделял завод на две части: на одной стоял господский дом со своим громадным садом, на другой — белая каменная церковь и небольшой за­водский рынок. Сейчас за плотиной начинались покрытые са­жей заводские здания, две домны, целый ряд труб и выкра­шенное в серую краску помещение заводской конторы; завод вечно гремел тысячами колес и валов, дымил и сыпал искры.