В романе есть такой человек. Это старый друг Нико, Билюрич (его фамилия символична: «билюр» на сербскохорватском языке значит «хрусталь»). Билюрич — олицетворение революционной совести, он из тех коммунистов, которые всегда «в походе брали на себя самую тяжелую ношу, а на привале довольствовались самым маленьким куском». По слухам, война забросила Билюрича в те же края, в Грецию, и Нико ищет его, в надежде, что тот даст ответ на мучающие его вопросы.

Писатель, однако, не склонен к простому разрешению душевной драмы своего героя. Незадолго до сражения, которое стало последним для Нико Доселича, он получил известие о гибели Билюрича. Сведения оказались ошибочными. Значит ли это, что Билюрич жив и борется где-то? Значит ли это, что душевной драмой Нико Доселича не замыкается рассказанная история? Роман не дает однозначного ответа. Но постоянное присутствие Билюрича в размышлениях Нико Доселича вносит важные коррективы в решение моральных проблем революционной борьбы в романе «Разрыв».

Размышления о нравственных принципах революции чрезвычайно характерны для Лалича. В «Разрыве» эти размышления более чем где-либо направлены в завтрашний день. Мысль об ответственности перед будущим, с такой силой прозвучавшая и в других романах Лалича, особенно в «Облаве», становится доминирующей в «Разрыве». Вопросы коммунистической нравственности, соотношения революционного идеала и каждодневной практики делают роман весьма актуальным в контексте социалистических литератур, где все шире и активнее разворачивается полемика о духовных ценностях социализма, о смысле революции и служении ей.

Нетрудно увидеть много общего в решении этих вопросов у югославского прозаика и у некоторых советских писателей, в произведениях о революции — С. Залыгина, Ю. Трифонова, в произведениях об Отечественной войне — Ю.