Произведение это еще во многом публицистическое, но, безусловно, новое по жизненному материалу и по стилю, напоминающему стиль рабочей прессы 20-х годов, полное метких наблюдений, изобилующее свежей лексикой. Когда мы читали эту книгу в начале 30-х годов, уже будучи знакомы с лирикой Бехера и Вайнерта, с драматургией Вольфа, нам казалось, что немецкий рабочий, говоривший в стихах этих поэтов слогом высоким и торжественным, обрел какой-то иной язык, в котором полнее выражен богатый мир его переживаний и надежд. Примечательна и концовка романа: его герои возвращаются из тюрьмы несломленные, готовые к новым классовым битвам. Не тогдашние господа Гамбурга оказываются победителями в финале книги, а истомленные заключением рабочие, только что вырвавшиеся на свободу. Они уверены, что в конечном счете их ждет победа. Замечательна тональность этого первого произведения молодого Бределя, которое послужило как бы эпиграфом к целой серии его пролетарских романов.
Следующие два — «Улица Розенгоф» (1931) и «Параграф в защиту собственности» (1932) — впервые столь серьезно и глубоко вводили в немецкую литературу антифашистскую тему: в обоих романах речь шла о повседневном отпоре растущему натиску нацизма. И эти романы замечательны своей конкретностью, своей четкой направленностью. Однако общим недостатком ранних произведений Бределя было отсутствие яркой фигуры главного действующего лица. Возможно, это явилось следствием ошибочного представления о том, что литературный герой как «яркая индивидуальность» не нужен пролетарской литературе, что он должен быть заменен героем-коллективом, к чему и стремился Бредель в своих первых трех романах. Таким коллективным героем в них была Коммунистическая партия Германии.