Естественно, сама писательница вовсе не считает старость пороком. На страницах книги недаром возникают имена Тициана, Гёте, Вольтера, Верди, Ренуара, которые до глубокой старости были творчески продуктивны и работали не покладая рук.

Что более всего отвратительно писательнице в ее персонажах?

Демонстративный и безнравственный паразитизм их существования.

Дожил до глубокой старости богатый владелец пивоваренной фирмы Годфри Колстон, сноб и скупердяй, воображающий себя истинным джентльменом, а в минуты досуга расщепляющий спичку на две, чтобы из одного коробка получилось два. Под стать ему его сестра дама Летти, всю долгую жизнь «не покладая рук» занимавшаяся благотворительностью и презиравшая тех, кому как будто бы пыталась помочь. Недавно скончавшаяся всеобщая приятельница Лиза Брук — авантюристка и шантажистка, засадившая своего мужа в психиатрическую лечебницу. Ничем не лучше и представители литературного мира Гай Лит и Перси Мэннеринг, погрязшие в литературных склоках полувековой давности.

Совершенно бесполезным трудом занят социолог Алек Уорнер, у которого на всех знакомых, перешагнувших семидесятилетие, заведена картотека, где фиксируется все, вплоть до температуры, пульса и эмоциональных реакций. На первый взгляд его данные действительно могут пригодиться тому, кто научно изучает долгожителей. Однако для Спарк Алек — человек безнравственный, прежде всего потому, что «он без зазрения совести чинил любые неприятности для утоления собственного любопытства» — иными словами, из-за его эгоизма, — но еще и потому, что к людям он подходит исключительно с физиологическими мерками, видя в человеке лишь биологическую особь.

Для Спарк же важнее всего духовное начало. А самый страшный порок — его отсутствие. Персонажи, наделенные им, образуют один полюс романа, лишенные его — другой.