– Повторяю еще раз, я ничего общего с вами не имею. Я не одобряю ни вас, По, ни других, – сердито вскричал Диккенс – Я никогда не выдумывал ведьм, вампиров и прочей чертовщины.

– А ваш святочный рассказ с привидениями? Ваша "Рождественская песнь в прозе"?

– Чепуха! Всего один рассказ. Возможно, я еще что-то написал о привидениях, ну и что из этого? Мои главные книги совсем не об этом, там нет подобной ерунды!

– По ошибке или нет, но они и вас причислили к нам. Они уничтожили и ваши книги, Диккенс, – миры, созданные вами! Вы должны ненавидеть их!

– Я согласен, что они глупы и невежественны, но что из этого? Прощайте.

– Пусть выйдет хотя бы мистер Марли!

– Нет!

Дверь захлопнулась. Когда По спускался вниз по улице, скользя по обледеневшему булыжнику, он услышал звук рожка и увидел подъехавший почтовый дилижанс. Из него со смехом и песнями, раскрасневшиеся и оживленные, выкрикивая рождественские поздравления, высыпали члены Пиквикского клуба и что есть мочи заколотили в дверь. Им открыл жирный парень.

Эдгар По торопливо шагал по берегу мертвого моря. На мгновение он задерживался то у одного, то у другого костра, чтобы отдать распоряжения, проверить, хорошо ли кипит котел, достаточно ли зелья и как начертаны мелом магические пентаграммы. "Хорошо!" – восклицал он и спешил дальше. "Отлично!" – кричал он и бежал дальше. Другие бежали за ним. Вот уже присоединились и мистер Коппард с мистером Мэкеном. Все злобные змеи и разгневанные демоны, огнедышащие драконы и шипящие гадюки, трясущиеся ведьмы, ядовитые колючки, жгучая крапива и колючий терновник – все, что некогда оставило на этом печальном береге отступившее море фантазии, теперь пенилось, бурлило и гневно шипело.