"Самоклейка некоторое время была очень славной. Мне нравилось, что она не оставляла абсолютно никакого места, в которое можно было бы вцепиться ногтями, однако я знал, что нам есть куда двигаться в этом направлении. Именно тогда мне попался целлофан -- целлофан с иллюзией полоски отрыва, в то время, как никакой полоски отрыва там не существует."

В тот вечер на праздничном обеде, проводящемся один раз в эон в честь вновьприбывших, изобретатель сидел по правую руку от самого Дьявола. По левую разместился Цербер, сторожевой пес Гадеса и известный дизайнер ананаса. Дьявол проболтал с изобретателем всю ночь напролет, затем попросил открыть еще одну бутылку вина -- на этот раз с помощью вилочного штопора с боковым скольжением. Изобретатель весь взмок, но час спустя бутылка была открыта.

Сначала никто не замечал какой-то приглушенной суеты, доносящейся откуда-то сверху, одннако вскоре шум стал довольно продолжительным. В конце концов все собрание подняло головы к потолку и, наконец, сам Дьявол заметил, что внимание куда-то переместилось. Он задрал голову.

В эфире зависли три ангела, в руках у каждого было по предмету. Изобретатель сразу понял, что это: пачка из-под молока, сумка на пластиковой молнии и банан -- три идеально разработанных упаковки. Он помнил, как, бывало, сам восхищался ими, пока не впал во зло. Три ангела спланировали к помосту. Один вознес сумку над теми, кто придумал пузырек для аспирина, заливая их потусторонним светом. Желтое сияние банана омывало адского пса Цербера, дизайнера ананаса, а молочный пакет излучал свою белую яркость в направлении изобретателя упаковок к компакт-дискам. Дьявол резко поднялся, проревел что-то по-латыни, выпустив из пасти крылатое полчище суккубов, и, сердито извинившись, удалился.

После этого фиаско изобретатель вернулся к себе в номер и потыкал в кнопки пяти пультов дистанционного управления, необходимых для того, чтобы включить видеомагнитофон.