Гораздо чаще все бывает наоборот, сгорающие от нетерпения дети и опасливые взрослые, но профессиональная необходимость здорово развивает способность чувствовать такие вещи, и я точно знал, что эта девочка не полетела бы с нами, прожди мы ее хоть все лето.

«Кто из вас, джентельмены?» — спросил старик.

Шимода налил себе чашку воды.

«С вами полетит Ричард. У меня пока еще обед, разве что захотите подождать».

«Нет, сэр, я готов лететь. А мы можем пролететь над моей фермой?»

«Конечно», — сказал я. «Лишь укажите направление, в котором вам хотелось бы отправиться, сэр». Я выбросил из передней кабины моего «Флита» спальный мешок, ящик с инструментом и кастрюли, помог фермеру усесться на сиденье пассажира и застегнул ремень безопасности. Затем я сел в заднюю кабину и застегнул свой ремень.

«Дон, крутани, пожалуйста, пропеллер».

«Давай». Он взял свою чашку с водой и подошел к винту. «Как надо?»

«Не спеши. Крути медленно. Он сам пойдет прямо из ладони».

Каждый раз, когда кто-нибудь крутит винт «Флита», получается слишком резко, и по загадочным причинам двигатель не заводится. Но этот парень крутил винт абсолютно так как надо, будто занимался этим всю жизнь. Пружинка стартера щелкнула, в цилиндре проскочила искра, и старый мотор завелся тут же. Дон вернулся к своему самолету, сел и заговорил с девочкой.

Взревев всеми своими лошадиными силами, мой «Флит» взметнул в воздух кучу сена и поднялся в небо, плавно набирая высоту: 30 метров (если двигатель откажет сейчас, мы приземлимся в кукурузе), 150 метров (а если сейчас, то мы можем вернуться и приземлиться на этом же свежескошенном поле… сейчас — чуть западнее есть подходящее пастбище), 240 метров — перехожу в горизонтальный полет на юго-восток, куда пальцем показывал старый фермер.

Через три минуты после взлета мы приблизились к ферме и сделали над ней круг. Под нами лежала усадьба, амбары цвета тлеющих углей, и дом, словно выточенный из слоновой кости, стоял посреди зеленого моря, задний дворик, где был их огород: там росли салат, помидоры и сладкая кукуруза.