— Нет, коллекционирует вещички из драгоценных металлов, — объяснила я.

— Что-то я не заметила у него перстенька на пальце, — сказала Маринка.

— Коллекционеры никогда не носят свои экспонаты на пальцах или на шее, а выставляют их на выставках, — заметила я. — И человек с высшим образованием должен бы об этом знать.

Маринка немного обиделась на меня и надула губки. Я же достала из ежедневника фотографию кубка и протянула ее подруге.

— Золотой! — протянула она. — Стоит бешеных денег, да и вещь, наверное, раритетная.

— Раритет не раритет, а стоит дорого, — заметила я.

— Сколько?

— Тысячи три долларов!

— Это недорого, — подумав, сказала Маринка. — Мне вот один кавалер говорил, что подарит колечко стоимостью около тысячи.

— Какой кавалер?

— Да так, один, — задумчиво произнесла Маринка.

— Опять любовь? — с издевкой спросила я, намекая на любвеобильность Маринки.

Маринка, впрочем, как и я, относится к клану одиноких женщин, как говорится — старая дева. Я не испытывала по этому поводу никаких комплексов, Маринка же просто мучилась от одиночества и была в перманентном поиске подходящей кандидатуры для брака. Подруга отличалась еще и тем, что периодически впадала в романтическое состояние, ежели появлялся на примете подходящий объект.

— Кто он? — переспросила я.

— Порядочный, состоятельный мужчина, — обтекаемо описала мне она своего кавалера.

— Возвратимся к теме дня, — предложила я Маринке, боясь, что сейчас она примется рассказывать очередную романтическую историю с ней, любимой, в главной роли. — Кубок хоть и не такой дорогой и ценности исторической особой не имеет, хотя сделан он в восемнадцатом веке, но кому-то очень понадобился, как и колье из столичного музея.

— Это как-то связано с попыткой кражи колье с выставки столичного музея, о чем мы писали в прошлом номере «Свидетеля»?