А на девятый год под девизом «Воинской Доблести», выполняя повеление государя в провинции Янь, By узнал, что во Дворце произошел переворот и его Господин отрекся в пользу сына. Новый Император опасался военачальников, верных его удалившемуся от дел отцу. Поэтому он назначил By Ши Юэ губернатором провинции Ли и услал подальше от Двора. Долгие годы страдал By от этой немилости. Тоска снедала его, и здоровье его не по годам ослабело. И, узнав о кончине отрекшегося императора, By Ши Юэ умер от горя, хотя ему было всего пятьдесят пять лет.

Жизнь перевернула страницу. Мой Отец, достигнув самой вершины, так и не сумел на нее ступить, а потому и не осуществил возможности, дарованные судьбой.

* * *

В деревне — пир горой. Во всех домах двери и окна — настежь. Гости пьют и набивают брюхо. Детям же покойного, пока длится траур, запрещалось пить вино, есть мясо и горячую пищу. Получая вместо каждой трапезы холодный рисовый суп, я стала такой же легкой, как те бумажные деньги, что сжигают на алтарях у дороги как приношение предкам. Спасаясь от шума, я бродила в сплетении проходов и переходов.

За поворотом заслонявшей его стены мне внезапно открылся сад. Всю землю здесь усыпали лютики. Грушевые деревья стояли в цвету. Посреди крошечного прудика возвышалось несколько причудливой формы камней. Мужчины, сидя на террасе, наблюдали, как распорядитель чайной церемонии согревает воду над жаровней. Я коротко поклонилась, прежде чем убежать, но повелительный голос остановил меня:

— Не бойтесь, дитя мое, подойдите!

Я повернулась и подошла к крыльцу, где снова отвесила поклон.

— Судя по траурному одеянию, ты, должно быть, дочь оплакиваемого нами правителя царства Цзинь, не так ли? — вопросил седобородый господин в темном парчовом халате. — Как тебя зовут?

— Свет, Господин.

— Ты знаешь, кто я?

Я подняла глаза и, посмотрев на собеседника, ответила по обыкновению четко и ясно: