— В таком случае, — не сдержался Ринд, — я уверен, что его не устраивает работа филиала британских древностей.

— Ну конечно…

— Пусть филиал и невелик, но мог бы вместить в пять раз больше экспонатов. И относиться к ним нужно бережнее, внимательнее. Вы ведь намереваетесь расширять отделение?

— Ну да, конечно. Правду сказать, по этому поводу я вас и вызвал. Давно пора навести порядок в британской коллекции.

Кап… кап… кап…

— Значит… — Ринд запнулся, боясь поверить. — Значит, вы приняли мое предложение расположить экспонаты в хронологическом порядке?

— Разумеется. Эта работа, для которой вы вызвались добровольцем, достойна всякого уважения, чрезвычайно своевременна, и мне остается лишь принести самые искренние извинения за то, что мы не могли ответить раньше. Можете приступать, как только будете готовы. Хоть завтра, если пожелаете.

— Ну… — Ринда захлестнуло волнение. — Ну это же… великолепно.

— Несомненно, ваш труд потребует времени, — вдруг обеспокоился Гамильтон. — Можно спросить, как долго вы собираетесь им заниматься?

— Об этом я еще не думал.

— В какой гостинице вы остановились?

— «У Морли» на Чаринг-Кросс.

— И не обговорили срока?

— Я вношу понедельную плату.

— Замечательно, — сказал собеседник. — Само собой, музей оплатит все расходы.

— Очень любезно с вашей стороны, мистер Гамильтон, однако…

— Разумеется, никаких прихотей.

— Нет-нет, вы не поняли, я…

— Или могу вам предложить комнату в «Мейфэр».

— Очень любезно с вашей стороны, мистер Гамильтон; прошу понять меня правильно, однако…

— Однако — что?

— В этом нет необходимости. Серьезно.

Кап… кап… кап…

Гамильтон поднял брови.

— Вы же понимаете, работа может растянуться на месяцы.

— Но я могу сам о себе позаботиться… Правда.