Его размышления прервал жуткий грохот. Вадим поднялся и зашлепал из кабинета в соседнюю комнату, где у него сидели агенты. Здесь стояли заваленные бумагами столы с компьютерами, стены были увешаны красочными рекламными плакатами различны строительных фирм и комбинатов. Рядом с дверью, рамке под стеклом, красовалась .ксерокопия лицензия на право риелторской деятельности в городе Москва повешенная с таким расчетом, чтобы сразу бросить в глаза клиентам.

Причину грохота Вадим обнаружил сразу: книжная полка, на которой стояли справочники и закон регламентирующие деятельность риелторов, висела на одном шурупе, а под ней, на полулежал Володя засыпанный книгами, с его ботинком в вытянутой руке.

— Я хотел это… пресс, а она ка-ак!.. — Володя, выбрался из-под книг, испуганно глядя на начальника.

— Заставь дурака Богу молиться… — сказал Вадим Георгиевич. — Давай сюда! — Он взял у охранника ботинок. — .Приподнимай стол, вот этот, Владимира Ивановича! — Охранник вскочил на ноги, кряхтя чуть приподнял одну сторону тяжелого офисной стола. Вадим Георгиевич сунул под его ножку ботинок. — Опускай! А теперь вали отсюда, чтобы глаза мои тебя не видели! Иди машину прогревай, заправляйся… Не знаю, что там еще. Займись, в конце концов, делом! Надо будет — позову.

Володю будто ветром сдуло. Вадим Георгиевич оглядел офис. Да, вот они, его люди, его агенты, его работники. Они появятся здесь через полтора часа, займутся уже привычной риелторской работой. Будут отвечать на бесконечные телефонные звонки, ездить на показы, договариваться о сделках, искать покупателей, оформлять бумаги, проверять объекты… А пока их здесь еще нет, пока они спят, или жуют завтраки, или бегают трусцой по парку; впрочем, для него они незримо всегда здесь, в офисе, улыбаются шефу суетятся, их дух витает над столами, он словно разлит по комнате тонкими человеческими запахом.