Он раскрыл Наташкин паспорт, и оттуда выскользнула фотография.

- Это кто?

- Это мой друг из Кампучии, - оживилась школьница. - Он за мир борется. Там на обороте надпись есть.

- А у него в номере ты тоже за мир боролась?

- Да.

Обычно, когда «спецы» кого-нибудь из нас калибруют, мы молчим в тряпочку - нас столы разделяют. Но тут даже мы развеселились. Ну, идиотка форменная!..

Толя пошуровал в Наташкиных мелочах, взял пачку «Ротманса», высыпал из нее сигареты и обнаружил между золотой фольгой и коробочкой сто финских марок одной бумажкой. Ну, кретинка! Ну, кто так прячет?!

- Раньше больше пятидесяти марок у тебя не находили, а тут сто, - удивился Толя.

- Все в мире дорожает, - Наташка надула пузырь из жвачки.

- Дешевка сопливая, - зло сказала Зинка.

- Зинаида Васильевна! - Толя снова посмотрел на Зину поверх очков и спросил школьницу: - а с каких это пор кампучийцы стали расплачиваться финскими марками?

- А марки я нашла. В лифте.

- И когда тебя взяли, ты, естественно, сама шла к нам, чтобы сдать эту находку в бюджет государства?

- Естественно.

Тут уж не только «спецы», но и мы рассмеялись. Женя сказал:

- Заголовок в газете «Пионерская правда»: «так поступают честные девочки». «Ученица десятого класса «б» сдала государству сто финских марок, найденные ею…»

- В штанах известного кампучийского борца за мир, - добавила Зинка Мелейко.

- Кончили веселиться, - совсем тихо сказал Толя, и это сразу стало опасным. И мы это прекрасно знаем. Но Зина по пьяни этого не просекла.

- Ну почему же? Только начали!..

- И сразу кончили, - еще тише сказал Толя. - Начинаем таможенный досмотр. Все из карманов и сумочек на стол.