- Виа Грегориана - здесь находимся мы... Выезжаете на виа Систина, дальше все время прямо, площадь Барберини, мимо фонтана Тритон, и вот здесь, - она отметила ногтем, - улица Четырех Фонтанов. Все очень просто, заблудиться трудно. На всякий случай возьмите карту.

Эдвард поблагодарил и, перекинув через плечо свою кожаную сумку, направился к двери.

- Хотите, еще раз наберу номер? - Синьора Джаннелли внимательно смотрела на англичанина.

Он помедлил:

- Нет, спасибо, я сам позвоню.

- Тогда запишите...

Последних слов он не услышал, потому что уже вошел в телефонную кабину недалеко от стойки портье и начал уверенно набирать нужные цифры. Ожидая ответа, Эдвард перехватил странный взгляд синьоры Джаннелли. Он хотел уже положить трубку, как вдруг услышал слабый мужской голос, звучавший словно издалека.

- Алло!

- Алло! - взволнованно отозвался Эдвард. - Синьор Тальяферри?

- Да, я. С кем я говорю?

- О, наконец-то я нашел вас! Извините меня за опоздание. Синьорина Лючия, наверное, уже объяснила вам... Я знаю, что вы ждали меня вчера весь день.

- Простите, но я не понимаю...

- Я говорю с Марко Тальяферри, художником?

- Нет, художник Тальяферри скончался.

Озадаченный, Эдвард хотел было что-то сказать, но раздался щелчок, и связь прервалась.

Он медленно опустил трубку, вышел из кабины и, как бы ища ответа на происшедшее, посмотрел на синьору Джаннелли, но та, похоже, углубилась в изучение счетов.

* * *

К зданию британского посольства съезжался римский бомонд и представители английской диаспоры. Сегодня здесь проходило открытие небольшой, но весьма важной в культурной жизни двух стран выставки. Повсюду бросалась в глаза надпись: "Байрон в Риме". В большом зале, убранном в стиле королевы Виктории, были размещены витрины с самыми разнообразными экспонатами, касающимися пребывания в Риме лорда Байрона.