Впервые Анастасий заметил на нападавших алые кресты папской охраны.
— Отец! — воскликнул он. — Это же охранники!
— Да, — отец прижал к себе Анастасия. Мальчик старался держать себя в руках.
— Но почему? Почему, папа? Зачем они это сделали?
— Им приказали.
— Приказали? — повторил Анастасий, пытаясь понять. — Кто может приказать такое?
— Кто? Ах, сын мой, думай, — лицо отца посерело, но голос звучал уверенно. — Ты должен научиться думать, чтобы избежать такой участи. Как по-твоему, у кого власть? Кто способен отдать такой приказ?
Анастасий онемел, пораженный чудовищной догадкой.
— Да, — теперь руки отца нежно касались плеч. — Кто же еще, кроме Папы.
Глава 5
— Нет, нет, нет, — в голосе Эскулапия звучало нетерпение. — Буквы надо писать гораздо мельче. Смотри, как пишет твоя сестра. — Он постучал по листу Джоанны. — Относись с уважением к пергаменту, мой мальчик. Чтобы изготовить один лист, убивают одну овцу. Если монахи Андернаха будут растягивать свои слова таким вот образом, то стада Аустразии исчезнут через месяц!
Джон бросил упрямый взгляд на Джоанну.
— Это слишком трудно. Я так не могу.
— Хорошо, — вздохнул Эскулапий, — упражняйся на восковой дощечке. Когда подучишься, попробуем на пергаменте снова. — Он обратился к Джоанне: — Ты закончила De invention?
— Да, учитель.
— Назови шесть основных вопросов, используемых для определения условий поведения человека.
Джоанна с готовностью ответила.
— Quis, quid, quomodo, ubi, quando, cur? — Кто, что, как, где, когда, почему?
— Хорошо. А теперь дай определение риторических constitutiones.
— Цицерон выделяет четыре различных constitutiones: спор о факте, спор об определении, спор о природе поступка и…
Гудрун постучала в дверь и вошла, сгибаясь под тяжестью деревянных ведер с водой. Джоанна поднялась, чтобы помочь матери, но Эскулапий положил руку ей на плечо, вернув на место.