– Видишь ли, – сказал я. – До некоторой степени я действительно чистильщик. Только чищу я не ботинки, а слова. А иногда и лица и даже старую грязную кожу. Я очищаю ее от грязи и смотрю, что у нее там есть в заплесневелых уголках.

– Перестань темнить, сука! – в один голос закричали Наргис и Нами. – Говори прямо, кто ты?

– Меня зовут Башан, – сказал я. – Я пишу рассказы и продаю их в газеты.

– О, так ты бабу! – воскликнул Нами.

Нами был самым младшим из мальчиков, но его мордашка была живой и смышленой. И так как он продавал газеты, я вызвал у него живой интерес.

– В какую газету ты пишешь? – спросил он, подсаживаясь ко мне поближе. – В «Фри пресс», «Сентрал Тейдж» или в «Бомбей Кроникл»? Я знаю все газеты!

– Я пишу в «Шахрах», – сказал я.

– «Сахрах»? Это что еще за газета?

– Она выходит в Дели.

– В делийской типографии? – У Нами широко раскрылись глаза.

– И в газете «Красивая литература», – сказал я, желая произвести на него еще большее впечатление.

– Что ты сказал? – захохотал Кульдип Каур. – «Вшивая литература». Ха-ха-ха! Послушай, Нами, советую тебе изменить свое имя и с этого дня называться «Вшивая литература». Замечательное имя! Ха-ха-ха!

Когда все мальчики, насмеявшись вдоволь, замолкли, я сказал серьезно:

– Не «Вшивая литература», а «Красивая литература». Она выходит в Дели. Это очень хорошая газета.

– Ой, подлец, насмешил, – сквозь смех проговорил Наргис, мотая головой. – Пусть будет «Красивая литература». Нам все равно. Мы ведь газеты не читаем. Мы продаем их, чтобы заработать на жизнь!

– Да, – сказал Кульдип Каур, вытирая слезы. – По виду бы я ни за что не сказал, что ты писатель! Ты выглядишь не лучше нас, грешных! Ха-ха-ха!