Неожиданно для меня самого, я не обиделся, не полез в амбицию. Я просто делаю то, что мне свойственно, то что умею. Этого Роза не ожидала. Она была готова выпалить в меня филиппику килотонн на сто -- стоило мне начать оправдываться. Когда этого не случилась, она остыла, не сразу, но остыла. Мы смогли начать дискуссию.

-- Сергей!

-- Чего тебе!

-- Долго ты будешь меня дразнить и манить этой своей экономической моделью? Это что -- намеренно?

-- Вроде нет. Наверно я не Пушкин, не умею излагать ясно и по делу.

-- Расскажи, как Лермонтов.

-- Ну, ты того, не очень по моему поводу прохаживайся. Родителей следует почитать, даже биологических. Ладно, хрен с тобой. Приступим. Один личный вопрос. Тебе не жалко из красочного, живого, трепетного мира страстей, эмоций, человеческих судеб перенестись в холодное пространство умозрительных построений, скучных фактов, логических абстракций?

-- Да ты поэт! Стихи пишешь?

-- Что за манера отвечать вопросом на вопрос!

-- Ты еще не позабыл, что я наполовину еврей?

-- На четверть, хотя по еврейским законам ты кошерный и стопроцентный, там счет идет по матери. Разве что необрезанный...

-- Слушай, хватит! Что тебе требуется, чтобы приступить к делу? Чаю, водки, бутербродов, фруктов?

-- Хочу быть дерзким, хочу быть смелым, хочу одежды с себя сорвать!

-- Тебе жарко?

-- Невежа, я Бальмонта читаю.

-- У Бальмонта "с тебя сорвать", с дамы то есть.

-- Это неприлично и непочтительно к родителю.

-- К биологическому.

-- Тем более. Начнем пожалуй. В начале тридцатых годов большевики под водительством Сталина произвели революцию сверху, Великий Перелом. Возникшей тогда системой мы и займемся, притом строго в экономическом смысле. Прочие аспекты -- политические, философские, юридические, исторические, гуманитарные -- нас не будут заботить.