— У пророков и патриархов, — поспешил ответить мальчик.

— Как? Зачем? Да ведь это далеко — за Кедронским потоком и Иосафатовой долиной.

Дети лукаво переглянулись.

— Это все дедушка, — сказала девочка. — Когда ты вчера посещала гробницу нашего отца, дедушка рассказывал о наших пророках — что они делали, как жили.

— И где они лежат теперь — вон там, там! — пояснил мальчик, перебивая сестру.

— Мы и просили дедушку, чтобы он позволил нам туда сходить, — торопилась девочка.

— Нет, Мариамма, не сходить, а съездить, — снова перебил мальчик.

— Ах, Аристовул, ты все перебиваешь, — возразила горячо девочка, — я и хотела сказать потом, что мы ездили, а не ходили; а прежде мы думали, что пойдем.

— Вот и нет! Я не думал, что пойдем: туда далеко.

— Ах, Аристовул, да ты и не знал, что это далеко.

— Нет, знал! Нет, знал!

Мать невольно рассмеялась, любуясь детьми, их оживленными личиками.

— Ну, дети, не спорьте, — сказала она, лаская и девочку, и мальчика. — Пусть рассказывает Мариамма — она старшая; а ты, Аристовул, напомни ей, если она что-нибудь пропустит или забудет.

— Нет, мама, я ничего не пропущу, — возразила девочка.

— А вон сказала же, что мы пойдем, а не поедем, — не унимался мальчик.

— Ах ты спорщик! — погладила его мать.

— Он всегда такой! — надулась девочка.

— Ну, ну, полно, рассказывай, — успокаивала ее мать. — Рассказывай же... Так вы поехали...

— Да, мама. Утром, когда мы встали и нас одели...

— И я выпил свое козье молоко, — не вытерпел Аристовул.

— Ах! Опять! Мама!

— Да ты пропустила козье молоко... А мама сказала, чтобы я...

— Ну, Аристовул, ты совсем глупый мальчик, — стараясь не рассмеяться, сказала Александра. — Козье молоко совсем не относится к вашей поездке. Ну, хорошо, утром вас одели...

— А дедушка велел оседлать наших осликов и сказал раби Элеазару, чтобы он ехал с нами и показал нам гробницы наших патриархов и пророков. Мы и поехали через Овчие ворота к Кедронскому потоку, и нам все кланялись и говорили: «Вот внучка и внучек нашего первосвященника...»