— Джек, должно быть, тревожился, что мы не вернулись вчера вечером, — заметил Гарри. — Я уверен, что ни он, ни тетушка Мегги не сомкнули глаз во всю ночь, а сегодня, чуть свет, он наверное отправился разыскивать нас!

— В этом не может быть сомнения, но что может навести его на наш след? Джек с малых лет плавал в море и совсем не знаком с лесами. Но если бы даже он и умел отыскивать след так же хорошо, как индеец, то и тогда это не привело бы ни к чему: ведь снег выпал после того, как мы вошли в пещеру!

— Да, и у него нет собаки!

— Это все равно не привело бы ни к чему, если бы только эта собака не была из той замечательной породы, о которой я как-то читал. Они водятся в Георгии и отличаются необыкновенным чутьем для отыскивания человека по следу. Но в этой местности их нет!

— Ну, так наша жизнь зависит от того, удастся ли Джеку случайно набрести на нас!

— Не вижу никаких шансов, чтобы это случилось, — заметил Нед с таким убитым видом, который показывал, что его покинула последняя надежда.

— Ты так говоришь, точно в тебе не осталось ни капли надежды, — сказал Гарри, глубоко тронутый безнадежным тоном брата. — Но мы можем зарядить наши ружья и выстрелить в отверстие.

— От этого не будет никакого прока. Я убежден, что мы никогда не выберемся из этой пещеры. А потом, чрез много лет, наши кости будут найдены в этой гробнице, и все будут ломать себе голову над тайной, каким образом мы могли попасть сюда, так как ведь никому не может придти в голову, что нас заточил здесь медведь. Нам уж никогда не увидеть больше нашего дома и друзей, и мы погибнем здесь страшной, медленной смертью от голода и жажды. Сколько бы мы ни думали…

— Эй вы, путешественники! Здесь вы, что ли?

Широкое добродушное лицо Джека Блокли показалось в большем из отверстий около камня, и он, щуря глаза, тщетно пытался рассмотреть что-нибудь в черной пасти пещеры. — Если вы здесь, так подайте голос. О-го! Что же вы не отвечаете, лентяи? О-го! О-го!