Таким образом, отец начал свою юридическую практику бесплатной службой у судьи, где в качестве клерка трудился и его отец. Дед сидел на высоком стуле в тесной, темной комнатушке и перебеливал от руки выписки из дел и решения, которые отец подготавливал для судьи. Когда отец отработал три года и ему исполнилось двадцать три, в Курату пришла чума.

Ее принес корабль с чистыми белыми парусами, скользивший по гребням волн. Чума скрывалась в темноте трюмов, и буквально за три дня почти все население города, насчитывающее три тысячи человек, умерло или находилось при смерти.

В то утро, когда появился судья, отец сидел за столом в дальнем конце рабочей комнаты. Судья был явно взволнован, но отец не стал спрашивать о причине его расстройства, потому что не смел обратиться к нему с таким вопросом. Он склонился над своими книгами, предпочитая не обращать внимания.

Судья подошел и остановился позади отца, потом заглянул ему через плечо, чтобы выяснить, чем он занимается. Спустя минуту он обратился к отцу:

— Хайме?

Отец поднял голову и посмотрел на него.

— Да, ваша честь?

— Ты был когда-нибудь в Бандайе?

— Нет, ваша честь.

— Надо бы решить там одно дело, — сказал судья. — Вопрос касается прав на землю. Мой хороший друг Рафаэль Кампос вынужден вести тяжбу с местными властями.

Отец внимательно слушал и ждал.

— Надо бы, конечно, поехать мне самому, но здесь столько неотложных дел... — он так и не довел до конца свою мысль.

Отец промолчал. Он прекрасно знал положение дел в конторе и то, что в настоящий момент ничего важного не было, но Бандайа находилась в шестистах километрах отсюда, высоко в горах, и дорога туда была очень утомительной. Кроме того, в горах обитали шайки бандитов, грабившие проезжих.

— Это очень важное дело, а сеньор Кампос мой старый друг, — сказал судья. — Я хотел бы, чтобы у него все было в порядке. — Судья помолчал немного и опустил взгляд на отца. — Думаю, тебе лучше отправиться прямо сейчас. Для тебя готова лошадь из моей конюшни.