— Его имя должно отражать будущее, а не прошлое, — сказала она. — Давайте дадим ему имя, в котором воплотятся наши надежды и которое будет понятно всем, кто. его услышит.
Это отвечало и романтическим настроениям моего отца, и фамильным притязаниям деда. Поэтому мой отец выбрал три имени.
Диогенес Алехандро Ксенос.
Диогенес — в честь легендарного правдоискателя, Алехандро — в честь покорителя мира. Свой выбор отец объяснил, когда держал меня на руках во время крещения:
— С истиной он покорит весь мир.
4
Я проснулся с первыми лучами солнца, проникшими в комнату. Полежав немного, я встал и подошел к окну.
Солнце только появилось из-за горизонта и поднималось над горами. С запада дул легкий ветерок, и я задрожал, почувствовав, как еще не растаявшая ночная прохлада пробралась мне под рубашку. Внезапно мне захотелось в туалет.
Вернувшись к кровати, я вытащил из-под нее небольшой ночной горшок. Стоя над ним и облегчаясь, я думал о том, не даст ли папа теперь мне горшок побольше, ведь теперь в доме остались только мы с ним. Закончив свое дело, я немного согрелся, засунул горшок назад под кровать и снова подошел к окну.
Через дорогу перед домом я заметил легкий дымок, поднимавшийся от небольших костров, вокруг которых спали бандиты, завернувшись в грязные одеяла. Среди них не было заметно никакого движения, не раздавалось ни звука. Я стянул ночную рубашку, надел штаны и ботинки, набросил теплую шерстяную индейскую накидку, которую Ла Перла связала мне в подарок на день рождения. Спустившись вниз, я почувствовал голод, пора уже было завтракать.
Сара, помощница Ла Перлы, разводила огонь в печи. Она взглянула на меня, но на ее индейском лице не отразилось абсолютно ничего.
— Я хочу есть, — сказал я. — Ты собираешься готовить завтрак?
Сара молча кивнула, она всегда мало говорила.
Я подошел к столу и сел.
— Хочу яичницу с ветчиной.