Владимир Корнилов
ИСКРА
ДЕТЯМ ВОЙНЫ ПОСВЯЩАЕТСЯ
В надежде на духовное просветление людей, еще не отвращенных от литературы, решился я на издание недавно законченной своей повести. В том нравственном беспределе, в который ввергнуто наше общество, прикосновение к чистым человеческим чувствам, проявленным даже в жестком оскале войны, быть может, пробудит стремление быть лучше времени, в котором не по нашей воле довелось нам жить.
Думаю, читатель поймет, что повесть эта далеко не только о мальчишках и девчонках той, уже ушедшей от нас войны.
«БОЖЬЕ ЧУДО»
Звали ее Искра. Рыжие, как огонь, ее волосы, откинутые, будто ветром, на сторону, светились даже в ночи.
В том уверял нас Серега, внук Таисии Малышевой, суровой, молчаливой женщины, чье слово для всех живущих в деревне с чистым, будто промытым, названием Речица, значило не меньше, чем слово, взятое из писаного закона.
То, что Серега вырос под суровым приглядом бабки Таисии, каким-то самостийным образом возвышало его среди деревенского мира. И когда Серега говорил, что видел, как жарко светились в ночном лесу волосы Искры, и вся она светилась, словно огонь, ему верили, потому что все мальчишки, как и сам Серега, были влюблены в нее.
Такая вот, на удивление, не знакомая нам Искра вдруг появилась перед нами. Встала, сощурив свои зеленые, нам показалось почему-то, золотисто-зеленые глаза, смотрела вприщур на наши тяжело отвисшие над штанами рубахи — у каждого была за пазухой наворованная с чужих огородов морковка.