Секретарша постучалась в дверь кабинета с табличкой "Питер Огастес Олбрайт-IV". Меня позвали внутрь, и я очутился лицом к лицу с высоким и сухопарым человеком за письменным столом; у человека были мохнатые брови, крючковатый нос, отлично сшитый костюм и сорочка с высоким воротничком такое можно увидеть на ранних фотоснимках Вудро Вильсона и Франклина Рузвельта. Меня поразили в нем самообладание и собственное достоинство, которым противоречило то, что он бросал на меня взгляды искоса, словно не вполне был уверен в себе. - Мистер... - Он взглянул на новехонькую визитную карточку, специально заказанную для поисков работы. - Джеймс, кажется? Чем могу быть полезен? - Я к вам насчет работы, сэр. Фирма, где я служил, свернула часть производства, и вот я опять ищу место младшего инженера. Насколько мне известно, кое-какими сведениями обо мне располагает мистер Уильямс. Мистер Олбрайт в задумчивости постучал карандашиком по столу. - Джеймс, Джеймс... Вы, случайно, не родственник ли тем самым Джеймсам? Так или иначе, фамилия хорошая, американская. А кстати, документы об образовании и прежней работе у вас при себе? Я предъявил нотариально заверенную копию диплома и справку от фирмы "Бэйсайд Энджиниринг". Олбрайт погрузился в изучение. Когда он дошел до фамилии "Яковский", я подметил у него в глазах искру неприязни. - Я вижу, эти бумаги принадлежат некоему мистеру Яковски, а ваше фамилия Джеймс. Какое они имеют к вам отношение? - Это мои документы, - возразил я. - Просто я сменил фамилию. - Гм. Боюсь, у нас нет для вас ничего подходящего. Всего доброго, сэр. Не помню уж, как вышел я из кабинета. Секретаршу в приемной удивил, должно быть, мой удрученный вид. - Что случилось? - спросила она. - К сожалению, у мистера Олбрайта не нашлось для меня места в фирме, ответил я. - Что ж, попытаю счастья где-нибудь еще. - Нет-нет, не уходите, - всполошилась она.